«Генацвале, поздно пить «Боржоми». Как живёт Грузия без российских туристов

«Генацвале, поздно пить «Боржоми». Как живёт Грузия без российских туристов

37-летний Мамука Степанидзе, владелец небольшой гостиницы, говорит: для него запахло жареным ещё 8 июля 2019 года, едва из России официально прекратились полёты в Грузию. Ранее разразился дикий скандал: прибывшего с визитом в Тбилиси депутата Госдумы из вежливости пригласили сесть в кресло спикера грузинского парламента. Возмущённая этим оппозиция (партия экс-президента Михаила Саакашвили) организовала протесты с оскорбительными лозунгами в адрес России, завязала драки с полицией.

Руководство РФ посчитало, что беспорядки несут угрозу жизни российских туристов, и закрыло авиасообщение между странами. В среднем ежегодно Грузию посещали 1 миллион 600 тысяч гостей из России, оставляя в грузинских кошельках примерно 1 миллиард (!) долларов.

«Люди звонили мне из Питера, Москвы, Краснодара и отменяли бронирование, — с горечью вспоминает Мамука. — У меня всего 10 номеров, и как минимум 7 из них всегда занимали русские. Это был кошмар». Правительство Грузии заявило, что легко заменит жителей России другими иностранцами. Степанидзе усмехается: больше приезжих не стало, гостиницы и рестораны понесли убытки, им пришлось влезть в кредиты. А после эпидемии коронавируса туризм в Грузии и вовсе накрылся медным тазом.

«Кто из Европы сейчас к нам поедет? — возмущается Мамука. — Там всюду карантин, самолёты не летают. Одна надежда на русских, но авиасообщение так и не возобновили. Скоро нам жрать будет нечего из-за наших мудрых политиков».

«Русский, купи что-нибудь!»

Ночь в гостинице в самом центре Тбилиси обходится мне в 1 500 рублей. Два года назад я платил 3 500. В отеле я один, больше никого на трёх этажах: как будто в фильме ужасов. Я иду по улице Котэ Абхази (бывшая Леселидзе), и у меня ощущение, что там атомная бомба упала. Полное запустение, не считая редких прохожих. Кафе стоят с заколоченными окнами, двери семейных отельчиков заперты, на вывесках облупилась краска. Неоновые вывески не горят, турагентства вымерли, как мамонты, отключены табло обменных пунктов. Винные магазины, завлекавшие туристов цитатами из фильма «Мимино», тоже канули в лету: внутри пусто, валяются обрывки бумаг и опрокинутая мебель, словно оттуда впопыхах бежали.

Нечто подобное я наблюдал в Грузии во время гражданской войны, когда осенью 1993 года на столицу наступали отряды экс-президента Звиада Гамсахурдиа. Одинокая лоточница, завидев меня, встрепенулась: «Чурчхела, мистер, вери гуд!» «Да я не мистер». — «Ой, господи, русский. Неужели вы снова здесь? Пожалуйста, купите хоть что-нибудь!» Везде таблички «Сдаётся в аренду», но кто в здравом уме арендует сейчас кафе или сувенирный магазин? С улиц исчезли даже нищие, на «великом и могучем» клянчившие деньги у туристов. По некоторым подсчётам, в Грузии разорились 95% кафе и отелей, ориентировавшихся в основном на приезжих.

Спаслись хурмой и чурчхелой

— Русских заместить не удалось, — утверждает 44-летний Отар Кобалия, бывший хозяин кафе. — Проблемы начались уже тогда. Власти наобещали: понаедут иранцы, арабы, китайцы. И чего, китайцы жить не могут без лобио и хачапури? У меня 70% посетителей были из России, им не надо было объяснять, что такое грузинская кухня. Да, русские ехали и потом, но в двадцать раз меньше: билеты неудобные, со стыковками, ваши туристы стали выбирать другие направления. Я едва сводил концы с концами, о прибыли речи не шло. Деньги закончились, коронавирус жахнул — продал кафешку.

20-летний Вахтанг Беридзе потерял источник дохода в августе 2019 года, через месяц после прекращения полётов между РФ и Грузией. Он работал в турагентстве, и хозяин его уволил в числе других, сократив персонал. «Вы знаете, как я выжил при карантине? — спрашивает он. — Мы организовали группы в соцсетях, собирали покупателей через интернет, отправляли в Россию посылки с грузинскими продуктами. Сушёную хурму, ту же чурчхелу, специи, солёности, варенье из грецких орехов, домашнее вино. Это помогло тут десяткам людей с голода не сдохнуть. Говорят, Америка, Западная Европа! Батоно, я что-то не видел, чтобы американцы хмели-сунели по почте заказывали. Когда наше мудрое правительство ссорится с Россией, оно никогда не думает о таких людях, как я».

«Хвалились, что обойдутся без вас»

Я хочу специально отметить: разумеется, нынешние проблемы, полностью угробившие туристическую индустрию в Грузии, конкретно из-за пандемии. Закрылись границы, международные путешествия уничтожены. Не будь COVID-19, может, через несколько лет Грузия восстановила бы прибыль и без наших туристов. Тем не менее, глядя на пустые тротуары и обрывки рекламных плакатов на русском языке, понимаешь, кто привозил грузинам больше всего денег. Почти полное прекращение поездок в республику граждан РФ нанесло местному турбизнесу убытки в сотни миллионов долларов, заставило влезть в долги и серьёзно сократить обслуживающий персонал. Возможно, постковидная ситуация не была бы столь катастрофична, не потеряй Грузия существенный заработок от исчезнувших гостей из России. «Да, скорее всего, всё было бы иначе, — подтверждает моё предположение турагент Михаил Дугладзе. — Когда есть финансовая подушка, подобные вещи пережить проще. А тут — работаешь только на самоокупаемость, и потом очередной удар валит с ног. Наши министры бахвалились, как они прекрасно обойдутся без русских. Они обошлись, да. А я теперь без работы вообще».

Кладбище погибших кафе

Самая апокалиптичная атмосфера — на площади Мейдан в центре старого Тбилиси. Тут обычно тусовка шла всю ночь, рестораны работали круглосуточно, люди пели песни и танцевали. Сейчас это мёртвая зона, кладбище погибших кафе, баров и винотек. Редкие прохожие идут мимо: в чудом уцелевшем заведении «Самикитно» (в переводе — «Трактир») кормят неважно, да ещё и дерут 18% за обслуживание. Когда-то там яблоку было упасть негде, а сейчас — шаром покати, хотя меню на русском языке сохраняется. «Мы надеемся, русские приедут снова», — грустно улыбается мне официантка Кетеван. Периодически к Мейдану подходят уличные музыканты. Они играют печальные мелодии непонятно для кого… Для перевёрнутых стульев, наверное. Официально в Грузии обратились за финансовой помощью 200 тысяч человек, всего же за год работу потеряли полмиллиона (!), а население республики — лишь 3,7 миллиона жителей. «Я был замом управляющего крупного ресторана, а сейчас такси вожу! — злится 33-летний Автандил Махарадзе. — Обещали компенсацию в 200 лари (примерно 4 600 рублей — Авт.), вот офигительно! Через два года до всех дошло: не следовало провоцировать русских оскорблениями. С Музея советской оккупации рекламу сняли, теперь его просто так не найдёшь. Только уже, генацвале, поздно пить «Боржоми», когда почки отказали!»

Вечером я тороплюсь в гостиницу: с 9 вечера до 5 утра из-за коронавируса действует комендантский час. На улице пусто, в витрине закрытой «сувенирки» ветер звенит разбитым стеклом. Вызываю такси. Правительство Грузии решило скопировать успех России, раскручивая внутренний туризм, и это провалилось с грохотом: у людей нет денег, в гостиницы на море или на горнолыжные курорты никто не поехал. «Вы не знаете, когда ваши туристы сюда вернутся?» — спрашивает таксист. Я развожу руками. Он тяжело вздыхает: «Я зарабатываю копейки. Надеюсь, у меня получится дожить до лучших времён».

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх